Политбюро

Дело врачей

Главная   Политбюро   На злобу дня   Дело врачей

Андрей Россошанский призвал искать виновных

По данным Саратовстата, за январь-апрель текущего года отмечается рост показателя младенческой смертности на 30,2 процента по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Он составил 6,9 на 1000 родившихся живыми, зарегистрировано 62 случая смерти детей в возрасте до 1 года. По данному показателю Саратовская область занимает 5-е место в Приволжском федеральном округе (7,5 промилле) и 26-е место в Российской Федерации (8,4 промилле)...

Говорили об этом в понедельник на постоянно действующем совещании у зампреда областного правительства Андрея Россошанского. Заместитель министра здравоохранения региона Елена Ермолаева говорила, что на 2012 год по Саратовской области, как и в целом по России, прогнозировался рост младенческой смертности. Это обусловлено тем, что с 1 января текущего года все регионы перешли на новые критерии регистрации недоношенных новорожденных с экстремально низкой массой тела — от 500 до 1000 граммов.

— В Москве из-за этого показатель младенческой смертности вырос с 6,1 до 7,8 промилле, — сказала Ермолаева.

Ежегодно в области рождается около пятисот новорожденных с низкой массой тела, из них около 50 — с экстремально низкой массой тела. По данным мировой статистики, от 60 до 75 процентов новорожденных, родившихся с массой до 1000 граммов, погибают в течение первых трех суток в связи с отсутствием физиологических возможностей адаптироваться к аппаратам жизнеобеспечения.

За первые четыре месяца 2012 года в Саратовской области из тридцати детей, родившихся с низкой массой тела, удалось выходить 13 человечков.
Зампред задумался крепко. Начал издалека, мол, бытует в народе мнение, что трудно понять, где лучше рожать. Поскольку в таком-то роддоме у акушера-гинеколога, допустим, Петровой одни роды прошли блестяще, а в другой раз у нее же умер ребенок.  
— Где в нашем регионе лучше рожать? — спросил Андрей Владимирович. — Мне такие вопросы часто задают беременные люди. Куда везти своих родных?
Замминистра заверила, что «у нас в области все условия созданы». Потому из районов в Саратов везут обычно тех, у кого роды проходят тяжело.
Россошанский продолжил рассуждения вслух. Народ не знает своих врачей, поэтому, когда приходит кому-то пора рожать, начинают метаться.
— У меня рожали дочь и сноха, — вспоминал зампред. — Но точно также я не знал, куда лучше обратиться. Хотя я был депутатом облдумы трех созывов, 12 лет проработал гендиректором ГТРК «Саратов». То есть не могу назвать себя неинформированным человеком, однако тоже пребывал в некоторой растерянности.

Уполномоченная по правам ребенка в Саратовской области Юлия Ерофеева говорила о том же. Люди не уверены в том, что получат квалифицированную медицинскую помощь и потому не рожают второго и третьего ребенка, хотя очень об этом мечтают.

Андрей Владимирович задал Ермолаевой прямой вопрос:

— Лично вы куда бы повезли свою родственницу?

— В областные учреждения, где есть всё необходимое, — сказала Ермолаева. И я прям представил себе, как звонит ее родственница и спрашивает «Лена, куда мне?» А та говорит ей предельно конкретно: в областные учреждения.

Вышла на трибуну глава горздрава Наталия Бакал. Россошанский и ее озадачил корявым вопросом. Куда, мол, рожать? Бакал выразила солидарность с коллегой из облминздрава. Да, ситуация в областных больницах далека от идеала, проблемы с кадрами имеют место быть, но саратовские медицинские учреждения в меньшей степени от этого страдают.

На присутствующих продолжили обрушивать поток статистической и не совсем приятной информации. Было сказано, например, что несмотря на улучшение материально-технической базы службы родовспоможения и детства значительного улучшения показателей службы не произошло. В апреле-мае текущего года при проведении проверок в районах области главными врачами и специалистами областных учреждений была выявлена дефектура в работе с беременными и новорожденными. Скажем, недостаточно ведется работа по ранней постановке беременных на диспансерный учет. Это приводит к поздней диагностике патологических состояний плода и невозможности провести их своевременную коррекцию. С другой стороны, попробуй иной раз поставь беременную на учет, когда за ней бегать приходится чуть ли не по всему району. (Об этом говорила дама из Краснопартизанского района.)

В текущем году зарегистрировано 5 смертей от несчастных случаев, травм, отравлений, причем часть их можно было предотвратить. Так, в Екатериновском муниципальном районе зарегистрирована смерть ребенка от отравления реланиумом. В Духовницком районе ребенок умер от удушения, уголовное дело по данному факту в настоящее время рассматривается в суде.

Россошанский поинтересовался: а в каких случаях наступает дисциплинарная ответственность за смерть младенцев? Бакал сказала, что это происходит при выявлении дефектуры. Зампред попросил привести примеры. Глава горздрава сказала, что только в этом году было наложено восемь дисциплинарных взысканий. К ответственности привлечены врачи, заведующие отделениями. Следуют еще и финансовые санкции.
Но Андрей Владимирович копал глубже. Ведь почему нет доверия к нашей медицине? Да потому что люди не знают случаев, когда бы за халатность увольняли главных врачей больниц!

— Врачей и так не хватает! — заспорила с чиновником член Общественной палаты региона Валентина Боброва.

— Да я ведь, как та женщина без медицинского образования спрашиваю, — добродушно отозвался зампред. И пояснил, что если имеются случаи младенческой смертности, то и ответственные за это должны быть. Причем ответственность должна быть нешуточной — вплоть до увольнения и лишения возможности заниматься врачебной практикой.

— У нас таких случаев не было, — стояла на своем Бакал.

Россошанский пустился в рассуждения о том, что мы можем всё здравоохранение модернизировать, а проку от этого не будет. Вот был Андрей Владимирович одно время военным, и запомнилось ему на всю жизнь, что если погибает военнослужащий, то начальника полка или роты, в которой тот служил, увольняют, а то и заводят на него уголовное дело. Хотя бывает, конечно, что и без этого обходится.

Андрей Владимирович прекрасно понимал, что разговаривает не с солдатами, а с чиновниками, потому перевел разговор в более понятную для них плоскость.

— Возникнет клинический случай, и им будет заниматься лично губернатор, — убежден Россошанский. — И всех нас построит. Мы вот все занимаемся летним отдыхом детей, а случай в Романовском районе был? Был. Надо искать субъективные причины и находить виновных. Тогда и главврач будет нормально относиться к подчиненным. И роженицу сопровождать...

— ... как пришла в роддом, — подсказала Боброва.

— Да! — согласился зампред. — Мы должны работать по-новому. Губернатору однажды зададут вопрос: мол, у вас функционирует перинатальный центр, другие современные учреждения здравоохранения, а показатели ваши становятся хуже. Отчего так? И придется отвечать.

После этих слов на ПДС стало тихо, но тут сам Андрей Владимирович засобирался на какое-то очень ответственное совещание у губернатора. И присутствующие развеселились. Одна районная чиновница делилась впечатлениями от похода на трибуну. Вот ведь, до сих пор коленки трясутся.

Ну так ответственность-то какая, утешала ее коллега.

Источник: газета «Репортер» №25(1006) от 27 июня 2012 г.

Распечатать      Отправить на e-mail      Опубликовать в ЖЖ     
Комментарии


Отзывов: 0
Репортер Саратовский криминал
Главное Общество Интервью Культура Криминал и происшествия Житейские истории Интересно всем
колонка автора юридическая помощь вопросы-ответы опросы
© 2006 - 2011. reporter-smi.ru

Написать

Использование материалов сайта возможно
с разрешения редакции.

Правила перепечатки

О редакции

Администрация сайта reporter-smi.ru предупреждает, что мнение авторов текстов и комментариев, опубликованных на страницах сайта, может не совпадать с позицией редакции. За содержание данных материалов администрация ответственности не несет.
echo(123);